Кто станет «цифровым центральным банком»? Circle подал заявку на Arc

Автор: Дэвид, Deep Tide TechFlow

Перевод: @mangojay09, Yu Jian Web3

12 августа, в тот же день, когда Circle опубликовала свой первый финансовый отчет после выхода на биржу, она бросила мощную бомбу: @arc — блокчейн уровня L1, созданный специально для стабильных монет.

Если смотреть только на заголовки новостей, можно подумать, что это очередная история о обычной публичной блокчейн-сети.

Но если рассматривать её в контексте семилетней траектории Circle, то становится ясно:

Это не просто публичный блокчейн, а декларация о создании «цифрового центрального банка».

В традиционной модели у центральных банков три основные функции: выпуск валюты, управление платежными системами и разработка монетарной политики.

Circle шаг за шагом воссоздает эти функции в цифровом формате — сначала закрепляя право на эмиссию через USDC, затем строя систему расчетов на базе Arc, а в будущем, возможно, — формируя цифровую монетарную политику.

Это касается не только одной компании, а перераспределения власти в сфере денег в эпоху цифровых технологий.

Эволюция центрального банка Circle

В сентябре 2018 года, когда Circle и Coinbase совместно запустили USDC, рынок стабильных монет всё ещё доминировал Tether.

Circle выбрала путь, казавшийся тогда «неуклюжим»: максимальное соблюдение нормативов.

Во-первых, она активно боролась с самыми строгими регуляторными требованиями и стала одной из первых компаний, получивших лицензии BitLicense в Нью-Йорке. Эта лицензия, называемая в индустрии «самой сложной в мире», требовала прохождения очень сложной процедуры, отпугнув многие компании.

Во-вторых, она не пошла по пути одиночной борьбы, а объединилась с Coinbase в рамках Центра — объединения, которое позволяло разделить регуляторные риски и одновременно подключить огромную пользовательскую базу Coinbase, давая USDC старт с сильной опорой.

В-третьих, Circle сделала прозрачность резервов своей приоритетной задачей: каждый месяц публиковала аудиторские отчеты, подтверждающие, что резерв полностью обеспечен наличными и краткосрочными американскими государственными облигациями, без использования коммерческих бумаг или высокорискованных активов. Такой подход, называемый «отличником», в ранние годы был не очень популярным — в эпоху бурного роста 2018–2020 годов USDC критиковали за «слишком централизованный» характер и медленный рост.

Перелом наступил в 2020 году.

Летний бум DeFi вызвал резкий рост спроса на стабильные монеты, а также привлёк к USDC институциональных участников — хедж-фонды, маркет-мейкеры, платежные компании. В результате, преимущества USDC в области нормативного соответствия стали очевидны.

От 1 миллиарда долларов в обороте до 42 миллиарда, а сейчас — около 65 миллиардов — рост USDC практически вертикальный.

В марте 2023 года, после краха Silicon Valley Bank, Circle обнаружила, что у неё есть 3,3 миллиарда долларов резервов в этой банке, и USDC временно «открепилась» до 0,87 доллара, вызвав панику.

Результатом этого «стресс-теста» стало то, что правительство США, руководствуясь системными рисками, гарантировало полное возмещение вкладов всех клиентов Silicon Valley Bank.

Хотя это и не было специально предназначено для поддержки Circle, событие заставило компанию понять: быть только эмитентом недостаточно, нужно контролировать больше инфраструктурных элементов, чтобы управлять своей судьбой.

И настоящим толчком к этому стало распад Центра. Этот инцидент выявил проблему «рабочего класса» в Circle.

В августе 2023 года Circle и Coinbase объявили о распуске Центра, и Circle полностью взяла под контроль USDC. На первый взгляд, это означало получение независимости, но цена была высока: Coinbase получила 50% доходов от резервов USDC.

Что это значит? В 2024 году Coinbase заработала 910 миллионов долларов на USDC, что на 33% больше по сравнению с прошлым годом. А Circle в тот же год потратила свыше 1 миллиарда долларов на распространение, большая часть которых ушла на Coinbase.

Иными словами, Circle, которая усердно создавала USDC, должна делиться половиной прибыли с Coinbase. Это похоже на то, как центральный банк печатает деньги, но половину «монетного налога» отдаёт коммерческому банку.

Кроме того, рост Tron открыл Circle новые возможности для получения прибыли.

В 2024 году Tron обработала транзакции USDT на сумму 5,46 триллионов долларов, ежедневно — более 2 миллионов переводов. За счёт предоставления инфраструктуры для переводов Tron зарабатывает значительные комиссии — это более «высокий» и стабильный источник дохода, чем выпуск стабильных монет.

Особенно в условиях ожидания снижения ставок Федеральной резервной системой, когда доходы от стабильных монет могут сокращаться, инфраструктурные сборы остаются относительно стабильными.

Это послужило сигналом для Circle: кто контролирует инфраструктуру, тот и собирает налоги.

Итак, Circle начал трансформацию в инфраструктурного игрока, реализуя много направлений:

• Circle Mint — позволяет корпоративным клиентам напрямую создавать и выкупать USDC;

• CCTP (протокол межцепочечной передачи) — обеспечивает нативную передачу USDC между разными блокчейнами;

• Circle APIs — предоставляет полный набор решений для интеграции стабильных монет в бизнес-процессы.

К 2024 году доходы Circle достигли 1,68 миллиарда долларов, и структура доходов начала меняться — помимо традиционных процентов по резервам, всё больше поступает от API, межцепочечных сервисов и корпоративных решений.

Эта тенденция подтверждается последним финансовым отчетом Circle:

Данные показывают, что во втором квартале 2024 года доходы от подписок и сервисов составили 24 миллиона долларов, что примерно 3,6% от общего дохода (основная часть — проценты по резервам USDC), но по сравнению с прошлым годом рост составил 252%.

Переход от бизнеса, основанного только на доходах от эмиссии, к многообразной модели «арендных платежей» — более контролируемая бизнес-модель.

Появление Arc — яркий пример этой трансформации.

USDC как нативный Gas, не требующий владения ETH или другими волатильными токенами; система запросов цен для институциональных клиентов, поддержка 24/7 on-chain расчетов; подтверждение транзакций менее чем за 1 секунду, возможность выбора баланса и конфиденциальности — всё это помогает соответствовать нормативам.

Эти функции больше напоминают технологическую декларацию о суверенитете валюты. Arc открыт для всех разработчиков, но правила устанавливает Circle.

На этом этапе, от Центра до Arc, Circle совершила трёхкратный прыжок:

от частного банка, выпускающего банковские билеты, к монополии на выпуск валюты, и далее — к управлению всей финансовой системой — и всё это происходит быстрее, чем у других.

И эта «мечта о цифровом центральном банке» не единственная в отрасли.

Амбиции, путь иные

К 2025 году в сфере стабильных монет у крупнейших игроков есть одна общая мечта — «центральный банк», но пути её достижения разные.

Circle выбрала самый сложный, но, возможно, самый ценный путь: USDC → Arc блокчейн → полноценная финансовая экосистема.

Circle не ограничивается ролью эмитента стабильных монет, а стремится контролировать весь цепной цикл — от выпуска валюты до расчетных систем, от платежных каналов до финансовых приложений.

Дизайн Arc пропитан «центробанковским мышлением»:

во-первых, инструментами монетарной политики: USDC как нативный Gas даёт Circle возможность управлять ставками, как «базовой»; во-вторых, монополией на расчет: встроенный механизм RFQ для внешней валюты, который требует использования цепи для внешних расчетов; и, наконец, правом на установление правил: Circle сохраняет контроль над обновлениями протокола, решая, какие функции запускать, а какие — запрещать.

Самая сложная часть — это миграция экосистемы: как убедить пользователей и разработчиков перейти с Ethereum?

Ответ Circle — не мигрировать, а дополнять. Arc не призван заменить USDC на Ethereum, а служит решением для сценариев, которые не могут быть реализованы на существующих цепочках. Например, для корпоративных платежей с требованиями к приватности, для мгновенных расчетов по внешней валюте, для предсказуемых затрат на цепи.

Это рискованная ставка. Если всё получится, Circle станет «Федеральным резервом» цифровых финансов; если нет — миллиарды инвестиций могут оказаться напрасными.

PayPal действует прагматично и гибко.

В 2023 году PYUSD впервые запущен на Ethereum, в 2024 — расширен на Solana, в 2025 — запущен в Stellar, а недавно — на Arbitrum.

PayPal не создает собственную цепочку, а использует существующие — PYUSD легко интегрируется в разные экосистемы, каждая из которых становится каналом распространения.

На ранних этапах выпуска стабильных монет важнее иметь каналы распространения, чем инфраструктуру. Когда есть готовое решение, зачем тратить ресурсы на создание своего?

Занять умы и сцены — и только потом развивать инфраструктуру. В конце концов, у PayPal есть 20 миллионов торговых точек.

Tether — это, по сути, «теневой центральный банк» в криптомире.

Он почти не вмешивается в использование USDT, выпуская его как наличные деньги, и рынок сам решает, как его циркулировать. Особенно в регионах с слабым регулированием и сложной процедурой KYC, USDT стал единственным выбором.

Основатель Circle Paolo Ardoino в интервью отметил, что USDT в основном ориентирован на развивающиеся рынки (Латинская Америка, Африка, Юго-Восточная Азия), помогая обходить неэффективную финансовую инфраструктуру и выступая в роли международной стабильной монеты.

Благодаря большему количеству торговых пар на биржах — в 3–5 раз больше, чем у USDC — Tether сформировал мощную сеть ликвидности.

Интересно, что Tether не строит собственные цепочки, а поддерживает сторонние — например, Plasma и Stable. Это стратегия минимальных затрат для сохранения присутствия в разных экосистемах и определения, кто из них сможет стать доминирующим.

В 2024 году прибыль Tether превысила 10 миллиардов долларов, что больше, чем у многих традиционных банков; при этом Tether не вкладывает эти деньги в собственные цепочки, а продолжает покупать государственные облигации и биткоин.

Tether делает ставку на то, что при достаточном резерве и отсутствии системных рисков USDT сможет сохранять доминирование в сфере стабильных монет за счёт инерции.

Эти три модели отражают разные взгляды на будущее стабильных монет.

PayPal верит в силу пользователей. Имея 20 миллионов торговых точек, важна не технология, а наличие аудитории. Это интернет-мышление.

Tether делает ставку на ликвидность. Пока USDT остаётся базовой валютой для сделок, всё остальное — не так важно. Это биржевое мышление.

А Circle считает, что важна инфраструктура. Контролируя цепи, можно управлять будущим. Это мышление центрального банка.

Выбор обусловлен словами CEO Circle Джереми Аллэйра, который в свидетельстве в Конгрессе заявил: «Доллар находится на распутье, и конкуренция за валюту — это сейчас конкуренция за технологии».

Circle видит не только рынок стабильных монет, но и возможность стать стандартом для цифрового доллара. Если Arc удастся, он может стать «Федеральной резервной системой» цифрового доллара. Этот риск оправдан.

2026 год — ключевое окно возможностей

Время сжимается. Регуляции движутся вперёд, конкуренция усиливается. Когда Circle объявила, что Arc запустится в 2026 году, реакция криптосообщества была:

«Слишком медленно».

В индустрии, где ценится «быстрая итерация», почти год на переход от тестовой сети к основной кажется упущенной возможностью.

Но если понять ситуацию Circle, то этот срок выглядит вполне разумным.

17 июня Сенат США принял закон GENIUS Act — первый федеральный регуляторный каркас для стабильных монет.

Для Circle это долгожданное «признание». Как самый соответствующий нормативам эмитент, Circle почти полностью отвечает требованиям GENIUS Act.

2026 год — это именно тот момент, когда новые правила начнут применяться, а рынок адаптируется к ним. Circle не хочет быть первым, кто «ломает лед», но и не хочет опоздать.

Ключевые клиенты — крупные компании — ценят предсказуемость. И именно это обеспечивает Arc: ясное регулирование, стабильные технические характеристики и бизнес-модель.

Если Arc успешно запустится и привлечёт достаточную ликвидность и пользователей, Circle закрепит за собой лидерство в инфраструктуре стабильных монет. Это может стать началом новой эпохи — когда частные компании начнут управлять «центробанками».

Если же Arc покажет посредственные результаты или его обойдут конкуренты, Circle придётся пересмотреть свою стратегию. Возможно, в будущем роль эмитента стабильных монет ограничится только выпуском, а контроль инфраструктуры перейдёт к другим.

Но независимо от исхода, усилия Circle стимулируют отрасль задуматься о главном вопросе: кому должна принадлежать власть над деньгами в цифровую эпоху?

Ответ на этот вопрос может стать ясен уже в начале 2026 года.